Тема: Категории эстетики: возвышенное и низменное

Что же касается динамически возвышенного, то оно, по теории Канта, приписывается природе не как величине, а как силе. Существенным признаком сил природы, рассматриваемых как возвышенные, является их способность внушать страх. Но одного этого условия еще недостаточно. Более того, кто действительно боится, тот вообще не может судить о природе эстетически, так как это или соответствует, или противоречит интересам людей. Возвышенным сила природы представляется тогда, когда в суждении о ней человек ее находит страшной, но при этом не испытывает реального страха за свою жизнь и судьбу. Более того, страшные на вид предметы природы гром, вулканы, ураганы и т. Чувство превосходства над природой возвышается над страхом перед ее могучими явлениями.

О природе страхов.

Эти непокоренные силы сфера несвободы порою грозны. Между этими крайностями — веер оттенков возвышенного. Какую же ценность для человечества имеют высокие горы, океаны, космические просторы, если они еще не освоены?

Исходным материалом является трактовка трепета как изнанки страха, которая это страхом, это уже трепетное отношение к природе и окружающему миру. При этом важно отличать чувство нуминозного от чувства возвышенного, . В поисках источника возникновения чувства священного трепета мы.

Природа страха Человеческое подсознание, сформированное и воспитанное еще в каменном веке в суровых условиях борьбы за существование, не любит рисковать. Если существует хоть маленькая угроза благополучию организма, то происходит автоматическое включение реакции страха, включая весь комплекс психологических и физиологических изменений в организме.

Зачастую ответ оказывается заведомо сильнее, чем потенциальная опасность, однако природа, создавая этот инстинкт, по-видимому, считала, что для организма лучше перестраховаться, чем пропустить сигнал об опасности и погибнуть. В жестокой борьбе за существование с хищниками или конкурентами в дикой природе организм не имел права на ошибку, однако в современном обществе угроза биологической гибели весьма редка, и чаще всего речь идет всего лишь об изменении социального статуса.

Человеческое сознание идентифицирует тревожную информацию как опасную и запускает совершенно не соответствующую ей по силе и поэтому бесполезную реакцию тревоги или страха, которая приносит больший вред, чем причина, ее вызвавшая. Способы борьбы со страхом:

Массовый страх, охватывающий и заражающий социальные группы и слои, а также общество в целом, выражается в специфических формах, которые изучает социальная психология. В эпоху формирования религиозного сознания страх приобретает черты благоговейного ужаса перед высшим и непостижимым. Страх перед отчужденными силами в эксплуататорском обществе становится одним из регуляторов социального поведения.

Перечисляя важнейшие духовные источники возвышенного (необычайные мысли и страсти Люди никогда не испытывают чувства возвышенного при виде содержаться только в нашей душе, а не в явлениях природы или вещах. есть гордость человека, возникающая благодаря преодолению страха и.

Античность В античности Возвышенное было характеристикой стиля ораторского искусства. В Поэтике Аристотеля Возвышенное также играет большую роль. Предполагается, что данное произведение было написано в 1-ом веке нашей эры, хотя его происхождение и авторство сомнительны. Для Псевдо-Лонгина Возвышенное это прилагательное, которое описывает величественную, благородную мысль или язык, особенно в контексте риторики.

Таким образом, Возвышенное внушает трепет и благоговение, с присущей ему силой. Трактат Псевдо-Лонгина примечателен своими ссылками не только в на античных авторов, таких как Гомер, но и на библейские источники, например Книгу Бытия.

Чувства связанные с переживанием прекрасного возвышенного

Возвышенное в истории эстетической мысли Возвышенное в истории эстетической мысли. Трактат Цецилия не дошел до нас. По традиции, неизвестного автора условно называют Псевдо-Лонгином. Псевдо-Лонгин отмечает духовные источники возвышенного:

Таким образом, возвышенное внушает страх и почитание, с большей силой таких как Гомер, но также на библейские источники, такие как Бытие. . Полное чувство возвышенности – Преодоление турбулентной природы.

Прием остранения как опыт возвышенного от поэтики памяти к поэтике литературы И вот я не умею ни слить, ни связать все то странное, что я видел в России Виктор Шкловский1 Пожалуй, главной чертой, делающей русский формализм уникальным явлением в истории гуманитарной мысли, была внутренняя потребность его представителей, преодолевая границы теоретических спекуляций и исторических исследований, превращать литературу из объекта описания в предмет собственного творчества.

В этой статье меня будет интересовать один из аспектов подобной системности, создающей общий идейный контур из текстов, принадлежащих к разным жанрам научного и художественного письма. Я попытаюсь описать принцип остранения не просто как поэтический прием, но как эпистемологический метод, подводящий к познанию законов истории литературы и позволяющий, не снимая при этом противоречий, вписать собственную биографию в радикальный травматический ход истории.

В этой связи принцип остранения будет включен в аналитическую конструкцию, элементами которой станут понятия идентичности, травмы, возвышенного, памяти и ее повествовательной репрезентации. При этом механизмы этой репрезентации поэтика памяти окажутся связанными с механизмами поэтической речи поэтикой литературы — такими, как их описывали русские формалисты. Прежде всего об исторической модальности формалистской прозы.

Хотя некоторые общие композиционные приемы и набор устойчивых образов выделить все же возможно, эти воспроизводящиеся приемы фрагментация, декомпозиция, реверсивные повествовательные ходы и образы смерти и телесного расчленения относятся к тому уровню поэтики, который в наибольшей степени определяется реакцией на общий исторический контекст и способами проработки исторического опыта пишушего5.

Именно на этом уровне исторического контекста, его травматического переживания, приводящего к слому субъективной идентичности и механизмов необходимой нормализации, требующейся для примирения прошлого и настоящего, прежней и нынешней идентичностей, — располагается та общая историческая модальность, о которой можно говорить как о конструктивном принципе, объединяющем прозу формалистов.

При всем многообразии тем и различии в степени вовлеченности в литературное творчество Тынянов и Эйхенбаум представляют здесь противоположные полюса вся формалистская проза укладывается в достаточно строгие рамки исторической, биографической или автобиографической литературы при том, что автобиографические тексты оказываются насквозь пронизаны исторической рефлексией, а биография героя оборачивается собственной автобиографией.

Именно травматический опыт переживаемого исторического разлома и был, как представляется, ответственным за специфическую для формалистов потребность раздвигать границы своего письма, делая его объект литературность методом литературой. И дело здесь больше чем во внутренней динамике развития формализма, выносящей на повестку дня новые вопросы. Он был попыткой ответа на базовые антропологические проблемы: Таким образом, литература оказывалась не только полем описания и даже не только сферой приложения творческих способностей, но и терапевтическим ресурсом, обращение к которому позволяло обращающемуся уцелеть.

Природа возвышенного

Но чувство возвышенного не только связано с нравственным самосознанием. Через эту связь оно соединяет человека со с ве рх чу вс тв ен ны м миром. Именно этот ход мыслей сделал философию Канта исходной в развитии философии немецкого объективного идеализма.

глазах если мы и радуемся, то радуемся, трясясь от страха” Противоречивая природа возвышенного, связанная с одновременным Грандиозные и мобилизующие построения, имевшие своим источником .. Волнующая природа снаружи адекватна внутренней бурной драме чувств внутри.

Однако они обобщали, скорее, опыт восприятия явлений природы, чем поступки и действия человека в процессах его взаимодействия с миром. Природа представала перед человеком, как нечто несоизмеримое с его силами и возможностями. Поэтому за возвышенным и низменным с самого начала закреплялась функция количественных отношений с идеалом в эстетическом восприятии, чувствах, вкусах, сознании, в отличие от прекрасного и безобразного, обобщавшими качественные отношения реальности с идеалом в пределах меры и человеческой соразмерности.

Возвышенное же предстает, как безмерное и чрезмерное. Потому оно и разрабатывалось, исходя из эстетического восприятия явлений природы у Э. Так, английский эстетик Берк полагал, что возвышенное в природе, предстающее перед человеком в виде больших пространств, высоких гор, шумящих водопадов, грохотания грома, Глава 11 завывания бурь, темноты и мрака действуют на человека устрашающе и порождают в нем чувство страха и стремление к самосохранению.

Человек и боится этих представляющихся ему грандиозными явлений, и может испытывать эстетическое удовольствие и огромное волнение, переживание от созерцания их чрезмерности, то есть количественной и силовой несопоставимости с человеком. Чернышевский тоже представлял эстетическое возвышенное в сопоставлении с человеческими силами и возможностями и с человеческими способностями противостоять чрезмерным силам природы, а затем и безмерным социальным силам.

Эта безмерность, или несоразмерность с человеком, обнаруживается воспринимающим явления природы в сопоставлении с человеческим эстетическим идеалом. Таким образом, эстетическое восприятие возвышенного будоражит человеческие силы, порождает в нем желание померяться своими силами физическими, чувственными, интеллектуальными и преодолеть страх, получая при этом и восторг от созерцания чего-то грандиозного и от способности противостояния, и возможности выйти из него победителем природной или социальной стихии.

Человек, впервые оказывающийся перед бушующим морем, тем более перед непрестанно грохочущим океаном или высоко в горах, испытывает такое чувство восторга и такой подъем духа, что он, как пел В. Уже 25 лет минуло с тех пор, как я стоял на берегу Атлантического океана и восторженный бросался в грохочущие волны, которые выбрасывали меня на песчаный берег; но почти каждое погожее утро, находясь у реки или озера, я слышу и вижу те волны, желая еще и еще раз уже в солидном возрасте броситься в них, очертя голову.

Возвышенное и его место в системе эстетических категорий

Динамически возвышенное Динамически возвышенное есть, по Канту, эстетическое суждение, в котором природа рассматривается как сила, но как сила, не действующая на нас насильственным образом Согласно Канту, бывают ситуации, когда мы созерцаем силы природы, угрожающие нам и без- мерно превосходящие нашу способность сопротивления. Если опасность при этом реальна и если мы сознаем свое полное бессилие и ничтожество своей способности сопротивления, то чувство, порождаемое подобной ситуацией, есть чувство страха.

В таком чувстве нет ничего эстетического. Но если, созерцая перед собой эти грозные, разрушительные и гибельные силы, мы сами находимся в безопасности, то в нас возникает не чувство страха, а чувство особого рода. Здесь созерцание этих явлений поднимает наши силы над обычным уровнем, в своей собственной душе мы находим перевес силы над природой.

Согласно Канту, бывают ситуации, когда мы созерцаем силы природы, угрожающие нам то чувство, порождаемое подобной ситуацией, есть чувство страха. Но последний источник чувства возвышенного — даже не культура.

Возвышенное Возвышенное Одна из главных категорий классической эстетики, характеризующая комплекс неутилитарных взаимоотношений субъекта и объекта, как правило, созерцательного характера, в результате которых субъект испытывает сложное чувство восхищения, восторга, благоговения и, одновременно, страха, ужаса, священного трепета перед объектом, превосходящим возможности его восприятия и понимания. В имплицитной эстетике понятие возвышенного в смысле, близком к эстетическому, появилось в греческой античности в связи с понятием энтузиазма божественного воодушевления, приписывавшегося провидцам, поэтам, живописцам; восхождения к божественной идее прекрасного— у платоников , а также в риториках, где оно означало один из стилей речи — высокий, величественный, строгий.

Эти идеи подытожил в сер. Автор трактата подчеркивает, что оратор для достижения возвышенного должен не только искусно владеть всеми техническими правилами составления фигур и оборотов речи, но и субъективно быть предрасположенным к возвышенным мыслям, суждениям, страстным переживаниям, патетическому настрою. Эстетическое сознание в византийско-православ-ном ареале было как бы промодулировано феноменом возвышенного, поэтому на первый план в эстетике выдвинулись такие категории, как образ, икона, символ, знак, выполняющие, прежде всего, анагогическую возводительную , то есть духовно-возвышающую функцию, а прекрасное было осмыслено как символ божественной Красоты и путь к Богу.

Искусство и эстетическая сфера в Византии и средневековых православных странах фактически функционировали в модусе возвышенного. В эксплицитной эстетике систематическое осмысление возвышенного начинается с трактата Э.

ТЕМА 7. СТРАХ И СТРАДАНИЕ

В статье рассматривается эволюция представлений о страхе и тревоге в истории философской мысли. Дана характеристика философским взглядам на страх и тревогу, сложившимся в разные исторические периоды, показана специфика подходов к выявлению сущности страха и тревоги в истории философии, а также в русской и западноевропейской философской мысли. Прослеживается трансформация взглядов на взаимосвязь тревоги и страха.

На основе историко-философского анализа сформулированы ключевые аспекты философского понимания феноменов страха и тревоги — антропологический, онтологический, гносеологический, аксиологический, праксеологический. Сделанные выводы позволяют сформулировать положение, выступающее в качестве теоретико-методологической основы социально-философского, конкретно-социологического изучения страха и тревоги. .

Исследование вопроса: предшествует ли в суждении вкуса чувство О модальности суждения о возвышенном в природе .. которое имеет свой источник только в рефлектирующей способности суждения. Ибо Однако можно считать предмет страшным, не испытывая страха перед ним, если мы судим.

Аналитика эстетической способности суждения. Аналитика прекрасного Первый момент суждения вкуса по качеству Второй момент суждения вкуса — по его количеству Третий момент суждения вкуса по отношению к целям, которые принимаются в них во внимание Четвертый момент суждения вкуса по модальности благорасположения к предмету Общее примечание к первому разделу аналитики. Но тогда и понятия, которые указывают принципам этого познания разумом их объект, должны обладать специфическим различием, так как в противном случае они не дают права на деление, всегда предполагающее противоположность принципов познания разумом, относящегося к различным частям науки.

Существуют лишь два рода понятий, которые допускают столько же различных принципов возможности их предметов: Однако до сих пор при делении различных принципов, а вместе с ними и философии, этими выражениями часто злоупотребляли; практическое в соответствии с понятиями природы отождествлялось с практическим в соответствии с понятием свободы, таким образом, при сохранении тех же названий — теоретической и практической философии — совершалось деление, посредством которого ибо обе части могли иметь одинаковые принципы по существу никакого деления не производилось.

Здесь в отношении практического остается неопределенным, есть ли понятие, которое дает правило каузальности воли, понятие природы или понятие свободы. Между тем это различие существенно. Ибо если понятие, определяющее каузальность, есть понятие природы, то принципы — технически практические; если же оно — понятие свободы, то принципы морально практические; а поскольку в делении науки разума все дело в различии предметов, познание которых нуждается в различных принципах, то первые должны быть отнесены к теоретической философии в качестве учения о природе , а другие составят вторую часть философии, а именно практическую философию в качестве учения о нравах.

Все технически практические правила то есть правила искусства и умения вообще или ума как умения влиять на людей и их волю , поскольку их принципы основаны на понятиях, должны быть отнесены к теоретической философии только как королларии. Ибо они касаются лишь возможности вещей в соответствии с понятиями природы, для чего необходимы не только средства, наличествующие в природе, но и воля в качестве способности желания, а тем самым и природной способности , поскольку она может быть определена в соответствии с этими правилами движущими силами природы.

Подобные практические правила называются не законами как физические правила , а лишь предписаниями; причем именно потому, что воля подчинена не только понятию природы, но и понятию свободы, по отношению к которому ее принципы называются законами и вместе со своими следствиями составляют вторую часть философии, практическую философию. В них содержатся лишь правила умения, лишь технически практические правила, направленные на то, чтобы вызвать действие, возможное в соответствии с понятиями причин и действий в природе, которые, поскольку они относятся к теоретической философии, подчинены этим предписаниям как короллариям из нее науки о природе и поэтому не могут притязать на место в особой философии, именуемой практической.

Напротив, морально практические предписания, которые полностью основываются на понятии свободы при полном исключении определяющих оснований воли из природы составляют особый вид предписаний:

Возвышенное

Возвышенное, как и другие категории эстетики, характеризует отношение субъекта к объекту, являющееся, как правило, неутилитарным и носящим созерцательный характер. В результате восприятия возвышенного субъект испытывает сложное чувство восхищения, восторга, благоговения и одновременно страха, ужаса, священного трепета перед объектом, превосходящим возможности его восприятия и понимания.

При этом нередко субъект переживает свою глубинную сопричастность самому"высокому" объекту или тем духовным силам, которые стоят за ним.

Наиболее полный список чувств и эмоций человека. Тем более,что эмоциональная оценка она наиболее верная — природа не может обманывать. Тревожность; Страх; Нервозность; Трепет; Обеспокоенность; Испуг . с этим поделать не может, пока не устранит источник страха.

Представления о возвышенном, выступая во взаимосвязи с общими понятиями об эстетическом идеале, природе прекрасного и эстетическом отношении искусства к действительности, исторически изменчивы. В истории эстетической мысли возвышенному давалось множество определений. Оно характеризовалось как нечто ни с чем не сравнимое, уникальное, исключительное. Иногда оно приравнивалось к ужасному, подавляющему волю человека.

Нередко возвышенное рассматривалось как проявление божественной воли. Существовало мнение о том, что возвышенное вызывает в человеке восторг, смешанный с чувством страха, зависит от состояния человека, круга его интересов.

Возвышенное это:

Первоначально возвышенное было осмыслено не как эстетическая категория, а как стилистическая фигура риторики. В веке ученик известного греческого ритора Аполлодора Цецилий, родившийся всицилийском городе Калакты, написал сочинение"О возвышенном", где рассматривались специальные правила возвышенного стиля, вопросы техники ораторской речи, классифицировались стилистический фигуры и тропы. Стилистические принципы ораторского искусства, выдвигавшиеся Цецилием, легко были распространены им на литературу, находившуюся под большим влиянием риторики.

Основной предпосылкой Бёрка, таким образом, является то, что страх страхкакнеобходимое условие возникновения чувства возвышенного. Динамически возвышенное относитсяк необузданной силе природы, Такимобразом, можно сказать,что возвышенное является просто косвенным источником.

Античность[ править править вики-текст ] В античности Возвышенное было характеристикой стиля ораторского искусства. В Поэтике Аристотеля Возвышенное также играет большую роль. Предполагается, что данное произведение было написано в 1-ом веке нашей эры, хотя его происхождение и авторство сомнительны. Для Псевдо-Лонгина Возвышенное это прилагательное, которое описывает величественную, благородную мысль или язык, особенно в контексте риторики.

Таким образом, Возвышенное внушает трепет и благоговение, с присущей ему силой. Трактат Псевдо-Лонгина примечателен своими ссылками не только в на античных авторов, таких как Гомер, но и на библейские источники, например Книгу Бытия. Этот трактат был вновь открыт в веке, и его последующее влияние на эстетику как правило связывают с переводом на французский Николя Буало-Депрео в году.

Все три англичанина в течение нескольких лет путешествовали в Альпах и комментировали в своих трудах ужас и гармонию этого опыта, показывающего разнообразие эстетических качеств. Джон Деннис был первым, кто в году опубликовал в журнале англ. Шефтсбери совершил путешествие за два года до Денниса, но опубликовал свои комментарии только в году в работе .

Избавление от страха (1) - Природа страха. Ольга Голикова.

Жизнь вне страха не только возможна, а полностью реальна! Узнай как это сделать, кликни тут!